09.10.2023

Юрий Заварзин: «Футбол – это искусство, футбол – это театр!»

Его имя навеки вписано в спортивную летопись нашей страны. В непростые девяностые Юрий Владимирович поднимал футбольный «Спартак» – в ранге гендиректора клуба, затем на той же должности работал в «Динамо», наконец, возглавлял Премьер-лигу (см. подробнее в блоке «Наша справка»). Бывших спортивных менеджеров не бывает – за обстановкой внутри российского футбола он следит и по сей день.

«Было сложно, но очень интересно»
– Юрий Владимирович, значительную часть своей жизни вы посвятили спорту. Могли ли вы мечтать когда-то в детстве, что станете топ-менеджером российского футбола?
– Конечно же, я об этом тогда не думал. Просто понимал, что важно получить хорошее образование. Мы с родителями жили в Оренбурге, папа работал на заводе начальником холодильного цеха, а мама – швеей на фабрике. Тем не менее к спорту я имел прямое отношение с самого юного возраста. У меня был первый разряд по акробатике. Я и в хоккей играл, и в футбол, и боксом, и борьбой занимался, как и многие мальчишки. Раньше ведь все было доступно и свободно, никто денег не просил – кроссовки, кеды есть, иди и занимайся спортом. Нужна только была медицинская справка.
– Тем не менее спустя годы вы возглавили легендарный футбольный клуб «Спартак». Как бы вы охарактеризовали это время для российского футбола и для клуба в частности?
– Мне неимоверно повезло, что изначально я попал в такой клуб, который по праву считался и считается народной командой. Коллектив там был очень добрый, теплый и профессиональный. Романцев – гениальный тренер! В те времена государственной поддержки практически не оказывалось. Поэтому, занимая пост генерального директора клуба, я часто ложился спать с мыслью о том, где взять денег, и просыпался с этой же самой мыслью. Ведь нужно было платить игрокам и тренерскому составу, оплачивать командировки и многое другое. Все эти расходы требовали тщательного планирования и контроля, чтобы не нарушить бюджет и обеспечить устойчивую финансовую составляющую работы клуба. Следует отметить, что в те времена клубные бюджеты были значительно ниже, зарплаты меньше, а раздутого штата не было. Каждый работник со всей отдачей занимался своим делом согласно штатному расписанию, был неравнодушен к работе. Если кто-то не выполнял свою работу вовремя, значит, этот участок просто не функционировал в клубе. Пресс-атташе был один, атрибутикой занимались два человека, один администратор, один начальник команды. Было сложно, но очень интересно. А сейчас клубы в основном осваивают деньги.
– «Спартак» и «Динамо» – соперники. Как получилось, что вы поработали сразу в двух этих клубах?
– Я человек неконфликтный в хорошем смысле этого слова. Приходя на новую работу, всегда добросовестно выполняю свои служебные обязанности. Считаю себя обыкновенным менеджером. Это главный тренер команды отвечает за результат, за игроков, а все остальные работники – просто технический персонал, обеспечивающий функционирование футбольного клуба и его инфраструктуры. После «Спартака» у меня случился перерыв в работе на полтора года. И когда мне позвонил мой знакомый и спросил, не хочу ли я поработать в «Динамо», я согласился.
– Какими успехами на посту президента российской Премьер-­лиги вы можете гордиться?
– Как говорят некоторые знающие люди, я был одним из организаторов, которые стояли у истоков формирования финансового бюджета для российской Премьер-лиги. К этому я имел самое непосредственное отношение.
– Из чего же он тогда складывался?
– Когда уже я был президентом, лига получила права от Российского футбольного союза на проведение Чемпионата России и возможности получать деньги за размещение рекламы Российского футбольного союза. За счет этого пополнялся бюджет – все было прозрачно и ясно. Премьер-лига путем голосования перераспределяла деньги между клубами – в зависимости от рейтинга, трансляций, занятого места – был разработан эффективный алгоритм.

«Сейчас мы из крайности в крайность бросаемся»
– Каково состояние футбола сегодня и какие у него перспективы, на ваш взгляд, в обозримом будущем?
– Я никого не хочу обидеть, но во времена Вячеслава Колоскова, который четверть века отвечал за положение дел в нашем футболе, делалось все возможное для развития этого вида спорта. Вячеслава Ивановича отличал высокий профессионализм, любовь к делу, колоссальная работоспособность и ответственность. Виталий Леонтьевич Мутко в свое время тоже проводил достаточно жесткую политику относительно футбола, потому что он сам прошел и клуб, и лигу, и знал многие проблемы изнутри. Главная заслуга нынешних руководителей – это умение привлекать огромные бюджеты. А что касается развития самого футбола, то его как такового нет. Мы из крайности в крайность бросаемся – у нас то одна программа, то вторая, то третья. А результат как отсутствовал, так и отсутствует. Достаточно остро стоит сегодня кадровая проблема в отрасли. В том же Российском футбольном союзе сейчас работают 350 человек, тогда как у Колоскова было всего 50–70 работников. Что, спрашивается, они все там делают? Однажды я стал свидетелем просто парадоксальной ситуации. Лучший бомбардир в истории московского клуба «Спартак», тренер, первый вице-президент РФС Никита Павлович Симонян зашел в лифт в Доме футбола, и молодые сотрудники у него спрашивают: «Вам на какой этаж?». Это прежде всего говорит о том, что ребята там работают не вовлеченные. Что они могут сделать для отечественного футбола, если не знают свою футбольную легенду? Подобная ситуация сложилась практически во всех клубах и футбольных структурах. А ведь футбол холодного равнодушного отношения к себе не прощает.
Все ведущие клубы – «Зенит», «Спартак», «Динамо», «Локомотив» имеют сегодня бюджетное наполнение за счет прямого источника финансирования. Основная задача – грамотно освоить деньги. Задача заработать не стоит, понимаете? И это сильно расхолаживает людей! Они перестают учиться. А что будет, если деньги закончатся? Ни опыта, ни знаний, ни трепетного отношения к футболу – ничего нет. Ни в одном, ни в другом клубе. Я не осуждаю, а просто констатирую факт. Если бы это все шло во благо, пропорционально с развитием футбола, то я только за хорошие зарплаты! Но когда заработки большие, а футбол все хуже и хуже, это обидно.
– Как вы считаете, в связи со сложившейся международной обстановкой можно ли проводить альтернативные соревнования по футболу?
– Нет, с футболом иная ситуация. Если такие действия будут нарушать регламент и правила УЕФА и ФИФА, то нас просто исключат из Лиги, и все на этом закончится. Одно время начали говорить, что нам нужно в Азиатскую лигу чемпионов вступить. Только все забыли, что Азиатская лига тоже входит в ФИФА. Там скажут «нельзя», и что дальше? Что тогда будем делать?
Сейчас в Россию стали очень активно приезжать бразильцы. Но только ведь они приезжают зарабатывать, не более того. И прекрасно понимают, что в Лиге чемпионов играть не будут, то есть не засветятся в европейском мировом футболе (наш чемпионат не транслируют на основных экранах Европы). Они в сборной только могут играть. Футбольный век короткий, за какие-то 10–12 лет им нужно заработать деньги и идти на пенсию. Тогда о каком развитии российского футбола мы говорим? Бразильские футболисты уровня сборной не дают возможности нашим мальчишкам выйти на поле, потому что тренеру результат нужен здесь и сейчас – и он вынужден ставить лучшего игрока. Это правильно. Но все же этот бразилец занимает место нашего мальчишки, не давая ему шанса. А сейчас ситуация такова, что мы должны развивать молодых российских игроков. Когда это делать, если не сейчас? Если мы не сможем противопоставить ничего большому притоку легионеров, то это пойдет в минус нашим игрокам. Так что тут очень тонкий момент.

«Учиться никогда не поздно и не стыдно»
– Всегда хотела спросить: если состав команды включает игроков из других стран, то в чем тогда интерес и глубинный смысл ее поддержки болельщиками?
– Ну, взять тех же зенитовцев. У них в городе всего одна команда. А футбол – это ведь искусство, футбол – это театр. Поэтому раз в неделю болельщики приходят на стадион. Кстати, прекраснейшие условия там созданы. Да и зритель стал вести себя более интеллигентно, цивилизованно – не так, как раньше.
– Как вы считаете, почему футбольные болельщики занимают настолько заметное место в нашем обществе?
– Во-первых, это доступность футбола. Во-вторых, его массовость. В-третьих, всенародная любовь. На другие виды спорта – скажем, волейбол и гандбол, традиционно ходят меньше болеть. А в футболе и хоккее сложились целые сообщества болельщиков. Раньше в зимний период играли в –20, но народ все равно приходил на стадионы. Есть разные категории футбольных болельщиков, но всех их объединяет симпатия или даже любовь к определенной команде. Кто-то смотрит матчи дома. Кто-то не пропускает ни одной игры на стадионе – обсуждает игру с друзьями, ругает тренера. Есть футбольные фанаты, которые готовят баннеры, заряжают кричалки, которые затем подхватывает вся трибуна. При этом хочу заметить, что не все футбольные и хоккейные болельщики – бессребреники. Лично я знаю болельщиков, которые посредством посещений матчей в разных клубах решают свои материальные проблемы – например, занимаются продажей атрибутики в свободное от основной работы время. Плохого в этом ничего нет. Но они рассматривают публику через призму своих интересов, т.е. тех, кому они могут предложить свою продукцию.
– Почему в футболе достигают больших успехов представители латиноамериканских стран?
– Игроки из Латинской Америки не просто играют в футбол – они дышат им. Для многих этот вид спорта стал частью их культуры. Игры на улице с друзьями, несколько мячей на одном поле – все это доступно детям с самого раннего возраста. В такой атмосфере рождается любовь к футболу и игровая интуиция, что часто становится решающим фактором в ходе матчей. Кроме того, латиноамериканцы очень мотивированы: для многих это единственный шанс вырваться из бедности и стать примером для своей семьи и страны.
– Что нужно сделать для того, чтобы вырастить хорошего футболиста у нас в России?
– Во-первых, нужно ­наладить тренировочный процесс. Когда-то для многих зарубежных клубов в период их становления мы служили примером. Но времена поменялись. Я не берусь сейчас в качестве эксперта выступать, но, например, в Испании дети с малых лет выходят на поле с мячом и играют там до позднего вечера. У них нет больших нагрузок, как у нас – общая физическая подготовка, большое количество двухсторонних игр… Плюс идет борьба за занятие места. Какое тут место, когда нужно учиться правильно подойти к мячу, обработать его. Должна нарабатываться техника… Если мы видим, что где-то детишки и клубы играют гораздо техничнее, значит, нужно брать их модель и использовать у нас. Ведь учиться никогда не поздно и не стыдно.
Сейчас в Москве всего 149 детских футбольных школ и 5–7 профессиональных клубов. Тренеры – настоящие профессионалы своего дела, искренне любящие детей и спорт. Труд этих людей бесценен. Но что происходит? Набирают группу мальчишек. А занятия стоят 3–5 тыс. руб. в месяц. Эти деньги нужны, в том числе, чтобы снять стадион и раздевалку. И мы видим, что опять включается финансовый поток. А ведь раньше никому даже мысли в голову не приходило брать деньги с детей за спорт. Коммерция – это когда кто-то заплатил 5 тыс. руб. – и значит, он будет сегодня играть. А не заплатил – значит, будет играть кто-то другой, кто заплатил. А ведь бывает, что в семье нет лишних денег – ребенок может быть трижды одаренным, но играть не может. Должна быть проведена хорошая селекционная работа, агенты должны по-другому работать. Это уже задача не Минспорта, а Российского футбольного союза. Нужно правильно выстроить структуру и ее позиционировать. И тогда результат не заставит себя долго ждать. Смотри, анализируй, делай выводы и все.

«Что будет с футболом? Поживем – увидим…»
– Вы занимаетесь еще и ювелирным бизнесом. А если пофантазировать на тему футбола и ювелирной тематики, как можно их связать между собой?
– Да, я занимаюсь ювелирным производством, но к спорту это никакого отношения не имеет.
– Вы принимали участие в создании футбольной символики?
– Раньше участвовал. Для «Спартака» мы как-то делали медали и значки. Параллельно, как факультатив. Сейчас только если кто-то из знакомых попросит, то сделаем.
Вообще, чтобы в нашей стране развить какой-то бизнес, включая ювелирный, нужен стартовый капитал. Он либо криминальный, либо ты идешь в банк и кредитуешься. Но кредитные деньги, во-первых, дорогие, во-вторых, короткие, а в-третьих, надо понимать, какие активы под это дело следует подложить. Более того, любому бизнесу нужно от 6 месяцев до полутора лет, чтобы пошел процесс. Вот и начинаешь где-то на седьмом месяце понимать, что кредит и зарплату платить нечем, не все получается. К тому же на бизнес самым негативным образом повлияла пандемия. Конкурентоспособность ушла, зарубежных коммуникаций не было. В итоге много крупных ювелирных домов закрылось.
– Каким образом повлияли информационные технологии на ювелирное искусство? И в какую сторону в результате качнется чаша весов – улучшения или ухудшения ситуации?
– Профессия ювелира всегда была почетной и относилась к творческим специальностям. Ювелир должен чувствовать металл, пропорции – одним словом, быть художником. А сегодня любая модель рисуется в 3D. Потом ее на машине вырастили из воска, отлили изделие из металла… Никакого ювелирного участия практически нет. Все это постепенно выхолащивает профессию, труд ювелиров заменяет машина. Это не очень хорошо. Некоторые говорят, что душа не чувствуется в этих изделиях. Особо продвинутые заказчики даже просят снимать все стадии изготовления, чтобы показать, что это не машиной сделано, а руками.
– Ювелирное дело очень древнее, но продолжает меняться. Как вы считаете, через 100, 200 или даже 300 лет футбол сохранится в своем сегодняшнем виде? С учетом появления киберспорта и других направлений не получится ли так, что в будущем в футбол станут играть роботы?
– Я не случайно причисляю футбол к искусству, потому что не каждый театр соберет еженедельно по 10 тыс. зрителей. И каждый раз новый сценарий, новые чудеса. И все зависит от того, кто будет этим процессом руководить. Если он решит, что технологии и робототехника должны быть на первом месте, то так и будет, или наоборот. Сегодня киберспорт чуть ли не опережает футбол по деньгам, по посещаемости и по просмотрам. И тем не менее параллельно с активным развитием новых технологий постепенно возвращается мода на ретро, классику. Поэтому поживем – увидим.

«Семья и друзья – источник вдохновения»
– Какой самый важный совет в жизни вам дали?
– Скорее, это даже не совет, а хороший пример со стороны Олега Ивановича Романцева. От него я усвоил одну истину: не надо ни в какие политические игрища лезть. И Вячеслав Иванович Колосков всегда говорил: «Ребята, мы нейтральные люди, занимаемся своим делом, не надо в эти игры играть». Потому что все они условные и одночастные. Я это на всю жизнь от них усвоил. Не надо ни с кем заигрывать. Выполняй свою работу качественно на профессиональном уровне, делай, что тебе позволяют рамки твоего трудового соглашения, живи этим. А сиюминутные выигрыши, как правило, оборачиваются потом большими неприятностями.
– Что бы вы хотели пожелать читателям нашего журнала?
– Я бы хотел пожелать им, чтобы они больше читали. Хотя бы ваш журнал. Человек, который читает, постоянно развивается. Он тогда начинает видеть жизнь не через призму восприятия сегодняшнего дня, а через те знания и опыт, которые доводятся через книгу. Некоторые предпочитают смотреть сериалы, а лично я лучше посижу на улице с газетой или электронной книжкой. Смотреть фильмы мне кажется потерей личного времени. Я осознаю, что эта секунда не повторится уже больше никогда. Очень люблю читать классические произведения. Ведь там поднимаются вечные темы: жизненных ценностей, любви, самопознания и другие вопросы, на которые человечество пытается ответить ни одну сотню лет. Эти книги прошли настоящую проверку временем – более 100 лет назад написано произведение, а мы его читаем, и оно все еще волнует нас, и мы находим для себя в нем что-то новое. Появились прекрасные аудио­книги, которые можно слушать с телефона или компьютера. Только за прошлый год я послушал около 250 книжек, в том числе во время своих пеших прогулок.
– Как вы думаете, что самое ценное в жизни?
– Я считаю, самое ценное и важное в жизни – это семья и близкое окружение. Если этого нет, не будет ни здоровья, ни счастья, ни хорошего настроения по утрам. А когда в твоем очаге тепло, хорошо и уютно, все нивелируется и компенсируется. Семья и друзья – важнейшая ценность в нашей жизни, источник вдохновения и тихая гавань, где всегда тебе рады. 

Беседовала Ольга Гришина