Уроки карвинга от мастера Лю

master-klass-po-karvingu-min В нашей стране это искусство малоизвестно и не распространено. Считается, что зародилось оно в одной из стран Юго-Восточной Азии. За право называться родиной карвинга (от англ. carving – «резьба») борются три страны: Китай, Япония и Таиланд. Но у Китая получше с доказательствами: сохранилось множество описаний сервировки императорских столов, где подробно зафиксировано, что овощи и фрукты подавались нарезанными особым образом.
В Европу это искусство стало проникать только в первой половине ХХ века, но особой популярности не приобрело. Считается, что причина этого в существенной разнице основного рациона питания европейцев и жителей азиатских стран. У первых пища поразнообразнее, в ней много мяса, дичи и рыбы. У вторых и рацион победнее, и с мясом похуже. Вот и приходилось придумывать разные хитрые способы украшения стола из имеющихся овощей и фруктов. То, что достигли они в этом деле невероятных высот совершенства, понятно каждому, кто хоть раз видел, как работает настоящий мастер карвинга. Причем делиться с европейцами своими знаниями они не очень торопятся.
Россиянка Олеся Лекс (Ганина) за 20 лет жизни и работы в Китае на собственном опыте убедилась, насколько тяжело в этой стране найти настоящего учителя и еще труднее стать его учеником (ученицей). Предоставим возможность ей самой рассказать ее удивительную историю.

Трехлетняя осада
«Я впервые столкнулась с этим искусством на одном деловом ужине в Пекине. Когда я увидела эту красоту, то лишилась дара речи. На огромном столе были разложены причудливые узоры из особым образом вырезанных овощей и фруктов. Все вместе они представляли собой настоящую картину. Это сейчас я могу рассказывать про карвинг часами, а тогда вообще не знала, что это такое. Мне настолько запала в сердце та невероятная красота, что я твердо решила для себя – хочу научиться делать так же.
Стала наводить справки и очень быстро выяснила, что никто меня, белую женщину из России, учить этому не будет. Все люди, которые этим занимались, явно не хотели мне ничего рассказывать про карвинг.
Но однажды мне повезло. По китайскому телевидению показывали сюжет о каком-то праздничном приеме и банкете, стол для которого был подготовлен известным мастером карвинга. Там были удивительные вещи: пагода в человеческий рост, дворец на столе в несколько квадратных метров. В телесюжете было названо имя мастера – господин Лю. Узнать, где его мастерская, было делом техники и времени. Я быстро выяснила, что этот не очень пожилой человек считается одним из самых искусных резчиков по овощам и фруктам в стране, что его приглашают делать украшения для банкетов для самых уважаемых людей и организаций. Также я узнала, что свое искусство он перенял от предков. Его семья занимается этим промыслом на протяжении нескольких поколений.
Когда мои китайские знакомые узнавали, что я интересуюсь этим мастером для того, чтобы попасть к нему в ученики, они все как один начинали меня от этой затеи отговаривать. «Ты с ума сошла? – говорили они. – Мастер Лю даже китайских ребят в ученики не берет, а ты иностранка. Он и разговаривать с тобой не будет!». Как я потом убедилась, все мои знакомые были правы. Но я такой человек: если что-то решила, то с выбранного пути никогда не сверну. Я хотела научиться этому искусству. Трудности меня не волновали.
Однажды утром я приехала к его мастерской. Он пришел, посмотрел на меня сверху вниз, фыркнул и даже не стал разговаривать. Через неделю я приехала снова. На этот раз он приказал охраннику прогнать меня с территории. Но меня уже было не остановить. Я стала приезжать к его мастерской раз в неделю в одно и то же время. Первое время он злился, потом демонстративно меня игнорировал. Прошло несколько месяцев. И вдруг при виде меня мастер Лю начал улыбаться. Ну, думаю, дело пошло. Лед тронулся. Так прошло несколько лет. За это время он несколько раз останавливался и говорил со мной. Объяснял, что я зря трачу свое время, что он меня никогда не будет учить. Но я не отступала.
Однажды – как раз прошло ровно три года с момента моего первого появления у дверей его мастерской, он остановился и сказал: «Приезжай завтра утром». От этих слов, которые я так долго ждала, я взлетела на седьмое небо от счастья.

IMG-20201125-WA0000

Мастер Лю с одной из своих работ

Испытание на прочность
На следующий день рано-рано утром я приехала с целым чемоданом инструментов. Я накупила себе заранее дорогих немецких ножей в футлярах, стамесок – в общем, полный комплект. Мастер Лю завел меня в мастерскую и спрашивает: «А это у тебя что?». Инструменты, говорю. А у них прямо посередине цеха стояла огромная мусорная бочка, куда они отходы сваливали. Он вдруг берет у меня из рук мой чемоданчик и выкидывает в этот мусорный бак. У меня чуть слезы из глаз не полились. Там очень дорогие инструменты были! Я была ошарашена, но ничем свои эмоции не выдала. Он на меня несколько секунд внимательно смотрел, потом подвел к точильному станку, взял обычный нож, обточил его до миниатюрных размеров и дал мне. «Вот это твой инструмент, — говорит. – Им будешь работать, если действительно хочешь чему-нибудь научиться. А все эти чемоданы со стамесками и резаками оставь дилетантам».
А потом добавил: «Я возьму тебя, белая женщина, в ученицы, но с одним условием…». Я выпалила: «Согласна на любые условия!». Он говорит: «Дослушай! Я возьму тебя с условием, что я тебя буду бить за каждую твою оплошность». Вы понимаете, какая реакция у меня на лице отразилась? «Как бить? Почему?». Он говорит: «Буду бить по пальцам». А, ну ладно, думаю, по пальцам можно, не страшно. Я тогда еще не знала, как это может быть больно.
Первое задание, которое мне дал учитель, было нарезать тонкими-тонкими полосками белый редис. Когда он мне показывал, что нужно сделать, он нарезал редис невероятно тонко – тоньше листа бумаги! Я села выполнять задание. Через некоторое время он подошел ко мне, отобрал нож и… как дал мне его рукояткой по костяшкам пальцев! «Ты что делаешь? – говорит. – Я разве тебе так показывал? Что за поленья ты мне тут строгаешь?». И опять по пальцам. Дальше я сидела несколько часов, пыталась воспроизвести требуемую толщину. На следующее занятие я опять получила это же задание и очередную порцию ударов. И на следующее. Так продолжалось несколько месяцев.
Я прекрасно понимала, что мастер Лю испытывал меня на прочность. Проверял, насколько я серьезно настроена. Костяшки пальцев от его проверок болели страшно. Я даже не могла полностью сжать пальцы в кулак, настолько они опухли. Но я не сдавалась. Через пару месяцев учитель мне сказал: достаточно, будешь теперь вырезать маленькие фигурки из морковки. И показал, какие. Я сразу поняла, что такую мелкую фигурку я ну никак не смогу вырезать. Что делать? Отказать нельзя, выгонит. Решила схитрить, спрашиваю: «Учитель, а можно мне для начала сделать фигурку чуть-чуть побольше?». А он мне в ответ: «Дверь вот в той стороне».
Когда он отошел, я стала пытаться просить помощи у помощников мастера – у него работали трое парней, занимались заготовкой. Но учениками они не считались, просто помощники. Я к ним. А они даже не смотрят в мою сторону и не отвечают. Видимо, мастер запретил им со мной вообще разговаривать и чем-либо помогать.
Сколько я перевела продуктов, пока резала эту фигурку, я не знаю, но точно очень много. Опять прошло несколько месяцев. Но я ее все-таки вырезала. Учитель ничего не сказал, а дал мне задание сделать еще какую-то мелкую детальку. И такие мелкие элементы я резала на протяжении полугода. Поднаторела так, что могла человеческую фигурку сделать секунд за тридцать.
Потом я поняла, для чего он это делал. Самое главное в карвинге – это усидчивость и терпение. Это работа очень муторная и опасная. Ножи острейшие, одно неверное движение – и можно распороть себе руку до кости. И я безмерно благодарна учителю за то, что он мне устроил такую жесткую тренировку. Он меня буквально вымуштровал, как надо сидеть, как должен падать свет, как надо держать нож и заготовку, чтобы не пораниться. В этом процессе нет ничего «просто так». Все очень хорошо продумано. Это такое искусство, в которое просто так, на одном «хочу» ничего не делается. За кажущейся простотой и легкостью скрывается гигантская работа и титанический труд. И когда у меня вдруг стало что-то получаться, я стала понимать, зачем были все те мои мучения. Однажды, уже несколько лет спустя, я подошла к мастеру Лю и сказала ему: «Спасибо вам за вашу мудрость!». А он мне в ответ: «Это не моя заслуга. Так учил меня мой учитель, так моего учителя учил его учитель». Вот так я несколько лет училась и постигала это искусство.

Видеть внутренним взором
Конечно, я не достигла таких высот мастерства, как мой учитель. Его уровень был невероятен. Там есть свои секреты. В небольших конструкциях нет каркаса, все держится только на овощном материале. Для этого чаще всего используется та самая морковка. Есть поддерживающие и скрепляющие элементы, такие как маленькие шпажки или деревянные палочки для шашлычка. Практически ничего не готовится заранее, все делается на месте и очень быстро. Можно использовать холодную воду со льдом для хранения заготовок, но они в любом случае должны быть сделаны из свежайших овощей и фруктов, как говорится, только что из сада-огорода. Я много раз пыталась удивить учителя какими-нибудь оригинальными и сложными конструкциями собственного дизайна, но его ничем нельзя было поразить. В конце концов я поняла, что ни один европеец всех нюансов этого мастерства никогда не освоит. Ловкость рук у них феноменальная. И они этим занимаются с самого раннего детства.
Еще момент. Мастер Лю не разрешал мне ничего записывать. Он говорил: «Ты должна услышать, что я тебе объясняю. Увидеть это перед своим внутренним взором, и сразу же сделать. Только тогда у тебя начнет работать мышечная память. В нашем деле нет времени подсматривать в какие-то справочники, сверяться с чертежами. Все делается на автомате. Увидел рисунок – на автомате его повторил, не думая».
Еще один секрет: настоящие мастера по карвингу работают не ножом, а специальным топориком. Я сначала не могла понять, как это. Мы привыкли пользоваться маленькими ножами, но благодаря учителю я оценила, насколько это неудобно. Сегодня я даже во время обыкновенной кухонной готовки пользуюсь только большими ножами с огромным широким лезвием. Попробуйте сами и вы поймете, насколько это удобнее.
Я училась у мастера Лю больше пяти лет. И сегодня я горжусь не тем, что я могу сделать. Больше всего я горжусь полученным от учителя мастерством владения инструментом. Европейское мышление ориентировано на конечный результат, по которому все меряется. А в китайской традиции важно постоянно совершенствуемое мастерство. Один раз что-то хорошее ты можешь сделать случайно, а повторять это раз за разом, причем все время на более высоком уровне – вот путь, по которому развивается Китай. Это то, что в китайской философии называется «дао». Учитель мне всегда говорил: «Не важно, что ты создашь. Важно как ты это сделаешь». Повторюсь, ни один европеец никогда не сделает то, что делает китаец. Для нас важен «вау-эффект». У них же совершенно другая система ценностей, ориентированная не на сиюминутное.
Мастера Лю очень ценят в Китае. Его постоянно приглашают оформлять различные банкеты и праздничные столы у очень серьезных и уважаемых в стране людей. И так быстро и красиво, как он, больше никто не умеет это делать.
Когда прошло много лет и мы с мастером Лю подружились, я решилась у него спросить, почему все-таки он меня взялся учить. И он ответил, что много в жизни видел способных трудолюбивых китайцев, которые пытались подняться с самого низа к вершинам мастерства. Но не мог представить себе, что столкнется с такой упрямой русской женщиной, которая превзойдет всех его учеников. «Я взял тебя из-за твоего внутреннего стержня, что ты не сломалась, когда я тебя лупил и гнобил. У меня было много помощников, которые подавали надежды. Но никто не смог выдержать и половины всего того, что выдержала ты».
Потом я узнала, что у моего учителя за все время его работы было всего лишь пять учеников. И среди них я – простая, но упрямая русская женщина». 

Андрей Пучков