Тайны бункера Сталина

IMG_3171Речь об оборонительном сооружении в Самаре (в 1935–1991 годах – Куйбышев), созданном в качестве резервного местонахождения ставки Верховного Главнокомандующего СССР. Некоторое время назад я побывал на глубине почти 40 м под землей внутри этого бомбоубежища.

Эхо Ренессанса
Осенний вечер. Административный центр миллионной Самары. Как и в каждом мегаполисе, сотрудники уже покинули офисные здания и выехали в свои спальные районы. На улицах, прилегающих к набережной Волги, пусто. Если бы не полученный загодя точный адрес, вряд ли бы обратил внимание на скромное по современным меркам здание на углу улиц Фрунзе и Шостаковича. Оно было построено в 1915 году в стиле модернизованного итальянского Ренессанса архитектором Платоном Шаманским в качестве резиденции местного губернатора. Ослепительно белый двухэтажный дом с помпезным фасадом и парадным входом со стороны Саратовской улицы, переименованной в тот же год в улицу Челышева (ныне улицы Фрунзе), с почти полусотней окон и другим, более скромным входом на Столыпинской улице (потом Рабочей, ныне Шостаковича) опирался на цоколь, сложенный из гладких светлых камней. За цвет здание прозвали «Белым домом».
В течение двух лет до Октябрьской революции «Белый дом» являлся местом приемов и квартирой трех самарских губернаторов: Сергея Евреинова, Андрея Станкевича и Льва Голицына. А в 1917 году здесь обосновался революционный комитет во главе с Валерианом Куйбышевым, штаб охраны и штаб Красной гвардии. 14 де­-
кабря 1917 года в результате взрыва заложенной контрреволюционерами бомбы здание сильно пострадало. После восстановления в нем размещался губисполком, а позднее – обком КПСС и облисполком.
В 1932 году по проекту Петра Щербачева над двумя этажами здания были надстроены еще три и сделан пятиэтажный пристрой по улице Рабочей, загибающийся вглубь двора. В результате строение по адресу улица Фрунзе, 167 обрело форму отзеркаленной буквы «Г», а итальянские веяния модернистского фасада сменились строгими линиями конструктивизма.

Потайная дверь за углом
В начале 1970-х Совет министров СССР принял решение о строительстве в областных центрах «Домов советов», в которых совместно должны были размещаться обкомы с облисполкомами. В 1971 году партийные деятели и чиновники освободили здание №167 по улице Фрунзе. Бывшую резиденцию губернаторов занял Куйбышевский Государственный институт культуры и искусств.
Когда машина высадила меня у крыльца Самарского государственного института культуры (так называется сейчас Куйбышевский государственный институт культуры и искусств), я удивился – разве серьезный спецобъект может размещаться в царстве Мельпомены, Терпсихоры и Орфея? Из ярко освещенного вестибюля то и дело выбегали юные творческие со­здания, где-то на этажах звучала му­-
зыка. Но гид повел меня за левый угол дома к чуть выпирающему за периметр здания пристрою. Со стороны двора в нем размещалась невзрачная дверь. Через такие обычно заходят технические работники, или к припаркованным служебным авто проходят водители. Только прибитая не так давно над входом большая красная табличка с надписью: «Бункер Сталина» громко сигналила, что точка доступа в бывшую резервную ставку Верховного Главнокомандующего СССР рассекречена и находится тут.

КПП
За дверью, как и предполагалось, попадаешь в небольшое сумрачное помещение, внешне похожее на бюро пропусков. В ожидании сопровождающего, который должен провести экскурсию внутри объекта, есть время осмотреться. Бункер №1, хоть и называется в обиходе музеем, на самом деле до сих пор относится к ведению структур гражданской обороны. С соответствующими ограничениями по допуску. Единственный «светский» атрибут КПП – красочная схема бомбоубежища с идентификацией каждого этажа. Но насколько она подробна, догадайся сам. На чертеже объект в разрезе представляет собой три сапога. Самый большой внизу, а два маленьких на одной высоте с разных сторон упираются тупыми носками в «голенище» главного. Раструб каждого подземного «кирзача» прикрывает заглушка. Получается, что через одну из них мы и проникли в былую «святая святых».
Тут на «проходной» появляется кряжистый мужчина. По выправке военный. По возрасту (явно за шестьдесят) – скорее всего, бывший. По взгляду, будто просвечивающему тебя изнутри, имеет специальную подготовку.
– Следуйте за мной! – четко командует экскурсовод, открывая в стене дубовую дверь. Ступеньки ведут вниз.

Под землю без щита
Пока спускаешься по двум широким лестничным пролетам, гадаешь, как в подполье дореволюционного здания сумели построить мощнейшее бомбоубежище. Изначально конструкцию машины, способной прокладывать туннели под землей, русскому императору Александру I предложил в 1817 году изобретатель Марк Брунель. Но самодержец предпочел соединить берега Невы мостом. А Брунель в 1818 году запатентовал проходческий щит, с помощью которого в 1825 году первый на планете подземный горизонтальный туннель по­­явился под Темзой.
Шахты Бункера №1 вертикальные. Они сооружались в 1940-е годы. В Москве, причем впервые в мире, только в начале XXI века появился щит, способный прокладывать туннели под наклоном для последующей установки эскалатора. Машины, позволяющей грызть грунт и обустраивать шахты строго сверху вниз, не придумали до сих пор. Под зданием Куйбышевского обкома КПСС шахты рыли явно вручную. По официальной версии, после того как 21 октября 1941 года Государственный Комитет Обороны выпустил секретное постановление №826-сс «О строительстве убежища в г. Куйбышеве», 20 февраля 1942 года началось возведение объекта, которое закончилось 6 января 1943-го.
«Объект №1» мог выдержать прямое попадание самой большой авиационной бомбы того времени – над всем сооружением находится монолитная бетонная плита толщиной три метра, над ней песчаная прослойка и еще один метровый бетонный «тюфяк». Входы в объект не защищены демаскирующими конусообразными бетонными куполами, способными отклонить прямое попадание фугасов. В качестве альтернативы шахты оборудованы бомболовушками, скрытыми фальшполами перед гермодверями.

Воспоминания очевидца
До сих пор нет четкого понимания, какие люди и в течение какого времени строили убежище. Вот опубликованная в СМИ версия бывшего заместителя начальника 3-го отдела управления Метростроя Льва Семика: «В октябре 1941-го меня вызвали в управление Метростроя, приказали срочно собираться и выезжать в Куйбышев. И не мне одному: объединили две организации – монтажную, возглавляемую мной, и отделочников; все рабочие выехали вместе с семьями. Прибываем на место – а там уже завершены проходческие работы, две шахты почти готовы. Чтобы их пройти, требовалось как минимум полгода – откуда следует, что бункер начали строить до войны.
Мы поселились в школе на улице братьев Коростелевых. Жили в классах, по четыре-пять семей в одной комнате, кое-как разгородившись… С первых же дней приступили к монтажу систем жизнеобеспечения – сантехники, вентиляции, энергетики, теплоснабжения; все оборудование прибыло из Москвы раньше нас. Работали круглосуточно, в две смены по 12 часов, под жестким контролем в обстановке строжайшей секретности. Людей хватало, любые нужные материалы и технику доставляли по спецзаказу, снабжали отлично. Руководил стройкой Николай Михайлович Исайя, тоже инженер-метростроевец. Главной трудностью явилась как раз необходимость блюсти конспирацию – никак нельзя было допустить, чтобы горожане узнали, чем мы занимаемся. Поэтому вырыли временную штольню, выходящую за территорию обкома, и по ней вывозили грунт – мимо городского театра на склон холма. А уж оттуда землю убирали ночью. К апрелю 1942 года в основном закончили монтажные работы, к декабрю – отделочные».

Исчезнувшие строители
Как гласит не подтвержденная документами версия, тяжелейшие земляные работы на объекте №1 выполнили заключенные Безымянлага. Безымянский исправительно-трудовой лагерь в качестве преемника Самарского ИТЛ, в свою очередь, создали на основании Постановления Комитета Обороны при СНК СССР от 6 августа 1940 года о строительстве близ местной железнодорожной станции Безымянка трех авиационных заводов. Во вторую половину 1941 – начале 1942 года в Безымянлаге находились 80–90 тысяч заключенных (примерно столько же участвовало в строительстве Беломорканала). Архивы свидетельствуют, что осенью 1942 года, то есть когда шахты в «Бункер Сталина» уже были отрыты, среди зеков Безымянлага почему-то разбушевалась дизентерия. Акты о массовой смерти осужденных от этой болезни составлялись почти ежедневно. Может, всех безымянных землекопов намеренно тайно похоронили? После окончания строительства «объекта №1» Безымянлаг перевели на другой берег реки Самары.
Секретность довлела и над обычными строителями главного бомбоубежища. Историки подсчитали, что их было 597 человек. Все дали пожизненную подписку о неразглашении тайны. Главными инженерами проекта в разных документах назывались люди по фамилии Островский, Колесников и… Ленин. Судьба фигурантов неизвестна.

Спуск по вертикали
Лестничные пролеты заканчиваются у дверей лифта. Он мало отличается от подъемных устройств, до сих пор обслуживающих наших граждан в сталинках. Несколько потемнел от времени, но до сих пор работает! С помощью этого лифта опускаемся на 14 м вниз на дно одного из малых «сапог». Тут попадаем в 90-метровый поперечный коридор. На этом уровне сосредоточены вспомогательные механизмы бункера и агрегаты жизнеобеспечения, способные на несколько дней полностью обеспечить работу ставки Верховного Главнокомандующего. В случае необходимости данный этаж перекрывается массивными стальными герметическими дверями, способными выдержать давление до 10 тонн на кв. м. С другого конца коридора расположен запасной выход (раструб второго малого «сапога»), который ведет на поверхность в «воздуховод», расположенный во дворе дома №167. Посредине коридора – вход в главную часть бункера – вертикальный ствол-убежище, уходящий вглубь земли еще на 23 м. Шахта – точный аналог тоннеля метро, прорытого вертикально. Стены прочно стянуты обручем чугунных тюбингов. Стыки герметизируют прокладки из особой резины. Отсутствует даже малейший намек на ржавчину.
Спускаться к «сердцу» бомбоубежища можно на другом лифте. Но экскурсовод ведет вниз по ступенькам лестницы. На каждом пролете – помещения, на стенах которых размещены материалы по истории гражданской обороны СССР, Куйбышевской области, защите рубежей Родины во время войны… И так еще 7 этажей (23 м) в глубину земли. В боевой обстановке вместо наглядной агитации в каждой комнате на этажах шахты должны размещаться охранники и персонал, поддерживающий жизнеобеспечение «объекта №1».
Находящийся на 37 м под землей «Бункер Сталина» считается самым глубоким сооружением времен Второй мировой войны. Бункер Гитлера в Берлине был закопан на 16 м, у Черчилля в Лондоне убежище располагалось на глубине всего в два этажа, у Рузвельта тоже в два. Для сравнения: средняя глубина станций московского метро (не считая наземных участков) – 24 м.

На дне
На нижнем этаже советского «объекта №1» пронзительная тишина. Даже звуки ожесточенной бомбежки не проникли бы сюда. Ничто не должно было потревожить покой Верховного Главнокомандующего. Технически самый глубокий этаж – копия московской станции метро «Аэропорт», построенной в 1938 году. Видимо, в условиях начавшейся Великой Отечественной войны новый проект готовить было некогда и взяли подходящие чертежи первой в СССР односводчатой станции. Это самый оптимальный вариант для подземелья, где человек должен находиться несколько дней…

Полный текст можно прочитать в № 11 журнала «Вокруг ЖэКа» за 2018 год