Анатолий Кистенёв: «Приезжайте к нам в Жатай!»

передача эстафеты ЯкутскуВ Республике Саха (Якутия) добывается четверть всех алмазов мира. Это самая большая административно-
территориальная единица в составе всех государств (крупнее восьмой по площади страны – Аргентины). Здесь в 1999 году был опубликован указ высшего должностного лица региона «Об объявлении английского языка рабочим языком Республики Саха (Якутия)». Официальными же являются языки саха и русский. Половина жителей – потомки тунгусских племен и представители тюркских народов, пришедших сюда в XIV–XV веках, половина – русскоязычные, ставшие осваивать бескрайнюю малозаселенную территорию с начала XVII века. По собственной инициативе едут сюда только сильные и целеустремленные: кто за приключениями, кто за длинным северным рублем.

Судоремонтный завод – это все
Родители кавалера ордена «Полярная звезда» Анатолия Кистенёва родом из Иркутской области. После свадьбы сменили несколько мест жительства. В 1954 году их направили в пригород Якутска – поселок Жатай по долгу службы. Ехали из райцентра Жиганск с годовалым мальчишкой они долго – расстояние между населенными пунктами по реке Лене 750 км, по зимникам – больше тысячи. Обосновались в комнате типового деревянного барака, которую выделили семье на новом месте работы – судоремонтном заводе.
В суровые годы Второй мировой в тихом Ленском заливе поблизости с Якутском организовали зимний отстой и ремонт речных судов. Так образовался поселок Жатай, где с середины прошлого века буксиры, сухогрузы и танкеры ремонтируют методом вымораживания. Суть его в том, что флот расставляется в затоне реки Лены, вода которой при температуре воздуха -50…-60 градусов промерзает на глубину от полутора до двух метров. Лед вокруг судов вырубают, и получается сухой док со стенами из застывшей воды. В нем до оттепели и производят ремонт.
Понятно, что жизнь большинства взрослых и интересы многих местных мальчишек связаны с судоремонтным заводом. На худой конец с нефтебазой – вторым крупным предприятием поселка, снабжающем горючим весь транспорт округи. Пацаном Кистенёв имел такие же интересы, как и у одноклассников, но дополнительно втайне мечтал о небе.
– Над нашим домом проходила трасса, по которой взлетали и садились самолеты аэропорта Якутска, – рассказывает Анатолий Ефимович. – Я часто смотрел в небо и завидовал летчикам – могут летать как птицы…
Но человек предполагает, а Бог располагает. После окончания средней школы Кистенёв пришел учеником радиомеханика на судоремонтный завод. Отсюда был призван в армию. Сюда вернулся после дембеля, зарекомендовал себя толковым специалистом, был избран депутатом поселкового совета. В 1987 году занял должность заместителя председателя исполкома. В 1988 году Кистенёв пошел (по тогдашней табели о рангах) на повышение – был избран секретарем парткома Жатайской РЭБ флота.
– Откройте тайну: где вождя закопали? – спрашиваю в лоб Анатолия Ефимовича.
– ???
– Я про историю с бюстом Владимира Ленина, которого делали в цехах судоремонтного завода. Говорят, первая отливка из бронзы оказалась неудачной и, чтоб не гневить партийное руководство, рабочие закопали бракованного вождя на территории предприятия.
– Байка. В советское время этот сплав был так же дорог, как и сейчас, поэтому столько металла никто бы не посмел зарыть – просто переплавили бы. Да и бюстов Ильича заводские умельцы отливали несколько – потребность в них тогда в республике большая была… – признается Кистенёв.

Революция парторга
На партийном поприще он пробыл недолго – в 1989 году Кистенёва избрали депутатом горсовета Якутска – председателем исполкома Жатайского поселкового Совета. Страна подходила к самому пику крушения экономики и политического строя. В поселке вся хозяйственная деятельность была замкнута на руководителе завода. Исполком «рулил» только ветпунктами и школами: средней, восьмилетней и музыкальной. Старожилы вспоминают, что на деньги, имевшиеся в распоряжении исполнительного комитета поселка, можно было построить только туалет на улице.
– А что город? Вы же тогда были не заштатным поселком, а составной частью столицы республики!
– Фактически из бюджета Якутска на развитие Жатая мы ничего не получали – руководство считало, что достаточно иметь не территории поселка судоремонтный завод и нефтебазу, чтобы решать все местные вопросы. Но госпредприятия по всему СССР стали приватизироваться и сбрасывать непроизводственные активы. А частный бизнес просто так деньги на соцкульбыт не даст, – вспоминает Кистенёв.

Терпение и труд
На самом деле наш герой скромничает. Несмотря на мизерный бюджет Жатая, находившегося под опекой Якутска, он и в тех условиях смог организовать строительство очень нужной для жителей поселка современной средней школы и открыть ее в 1994 году, строительство водовода и квартальной котельной. Одновременно глава муниципального образования сумел уберечь от закрытия все детские сады Жатая и объекты культуры, которые находились на балансе предприятий.
Решение обособиться от большого города он буквально выстрадал – высокие руководители эту идею не поддерживали, называли сепаратистом. После многочисленных споров жители Жатая воспользовались правом, которое предоставлял федеральный закон, и проголосовали за создание своего отдельного муниципального образования. Но… ничего не изменилось. Региональный Минюст отказался регистрировать устав поселка. Кистенёв обжаловал отказ через судебные органы республики. Даже вердикт служителей Фемиды региональные чиновники тоже проигнорировали.
Со скрипом, под нажимом судебных приставов-­исполнителей, устав муниципального образования поселок Жатай был зарегистрирован только через год, в 1999 году.
– Когда Жатай перешел на местное самоуправление, то в первом, чисто самостоятельном бюджете 2001 года поселок получил уже в 2,5 раза больше средств, чем до нахождения в единой структуре с Якутском, – гордится Анатолий Ефимович.
– У американцев научились так эффективно управлять?
– Хоть и посещал США в 1994 году в составе делегации Якутска, но образцов для перенимания опыта не увидел. Например, нам тогда показали большую свалку. Сразу заметил, что линия по сортировке не используется, а служит декорацией. Так, кстати, во многих местах поступают – декларируют раздельный сбор, торжественно запускают агрегат, а после презентации выключают и сваливают неликвиды на полигон все кучей. Мы в Жатае в начале 1990-х взрывом вырубили в вечной мерзлоте большой котлован, обустроили защиту от выхода продуктов разложения мусора вовне и только потом стали заполнять отходами, – отвечает Анатолий Ефимович.
В этом человеке во всем чувствуется мужицкая хозяйская хватка. Вроде простой человек, а мудрый и прозорливый.
Признаюсь, думал, что для развития муниципалитета Кистенёв использовал земляческие связи – из десятитысячного поселка около десяти человек выросли в значимые фигуры федеральных депутатов, руководителей министерств, губернаторов, а директора судоремонтного завода периодически занимали посты ­премьер-министров Республики Саха (Якутия).
– Нет. Ни в советское время, ни в постсоветское земляки не протежировали Жатай. Кумовство у нас не приветствуется. Мы все пробивали своей активностью и документальным обоснованием любой насущной необходимости, – признается Анатолий Ефимович.
Долго работавшая под началом Кистенёва и в 2019 году сменившая его на посту мэра Евгения Исаева рассказала, как Анатолий Ефимович добивался положительных решений для муниципалитета:
– В военные годы никто не думал о развитии территорий – стране нужен был действующий на Лене речной флот. Лишь через полвека, когда Якутск и Жатай разрослись, оказалось, что стоки из очистных сооружений столицы республики просачиваются в водозабор поселка. По заболеваемости гепатитом Жатай попал в антирейтинг населенных пунктов страны. Чтобы сдвинуть проб­лему, глава поселкового совета утром приходил в приемные всесильных чиновников и ждал аудиенции. Час, два, три. Без перерыва на обед. Вечером владелец мог покинуть кабинет и пройти, не останавливаясь, мимо. На следующий день сцена повторялась. Так длилось до тех пор, пока начальник не начинал замечать просителя:
– Зачем пришел? По поводу качества воды? Так что сразу не сказал?!
Папка с необходимыми документами у Кистенёва всегда была с собой, и чиновник накладывал на них визу…

Во имя энергоэффективности
Особенно трудная ситуация сложилась с жилым фондом. Когда Кистенёв брал бразды правления поселком, в Жатае до 60% многоквартирных домов находились в аварийном состоянии. Неофициально. Юридически признавать построенные в войну бараки не соответствующими нормам проживания руководители большинства муниципалитетов, в том числе и в Якутии, не спешили – знали, что из жилья с таким статусом граждане подлежат немедленному расселению в благоустроенные квартиры. А откуда деньги брать на стройку?
– Обижать земляков не мог и на свой страх и риск начал строительство свайного поля на все имевшиеся в бюджете средства. Республиканские власти увидели, что мы стараемся, и помогли финансово. Так появился наш первый новый дом для расселения из ветхого и аварийного жилищного фонда, – рассказывает мне Анатолий Ефимович.
Вообще в холодной Якутии солнца много. По количеству ясных дней республика вполне может конкурировать хоть с Ялтой, хоть с Анапой. Видимо, это и учли специалисты Фонда содействия реформированию ЖКХ, когда в 2009 году предложили властям региона подумать о строительстве энергоэффективного жилья в рамках реализации программы переселения граждан из аварийного жилого фонда. Стоимость таких энергоэффективных домов на 30% выше, чем обычных, поэтому перспективно мыслящее руководство Республики Саха (Якутия) решило покрыть разницу за счет регионального бюджета.
– Мы были одни из самых первых в стране, кто начал внедрять энергоэффективные технологии в жилищном строительстве. Конечно, поначалу были проблемы, – вспоминает Кистенёв. – В первом доме даже пришлось переделывать узел ввода: ошиблись по расчетам системы рекуперации воздуха, фактически начинали на свой страх и риск, многое приходилось познавать на практике. Второй дом построили с крышной котельной, и только потом поняли, что котельной для одного этого дома много, и подключили к ней второй, а при эксплуатации солнечных электростанций выяснилось, что использовать их только во время отключения электроэнергии не­эффективно. Поэтому в солнечную погоду технологическое оборудование работает от солнечных панелей, а электрическая энергия используется как альтернативный источник. По горячему водоснабжению дело обстоит так: в первом доме для нагрева воды мы использовали теплоносители, потом перешли на солнечные коллекторы и электричество. Но электричество – слишком дорогое удовольствие, поэтому при строительстве следующих домов мы от него отказались и поставили маленькие газовые котлы на тот случай, если солнечной энергии не хватит: вот так постепенно, сообща с застройщиком и проектировщиками энергоэффективного оборудования мы осваивали эту сферу, каждый раз изменяя технологию, улучшая ее.
В конце 2020 года в Жатае были полностью расселены все аварийные дома. На месте части из них был построен целый энерго­эффективный квартал.

«Человеку нужна отдушина»
Осенью 2019 года в возрасте 66 лет Анатолий Ефимович оставил руководство. Свои обещания перед земляками, дававшиеся тридцать лет назад, он выполнил – Жатай официально признан первым в России населенным пунктом, где полностью отсутствуют аварийные многоквартирные дома. В поселке, кроме энергоэффективного жилья, появились энергоэффективный детский сад, бассейн, современные спортивные площадки. Для экологически чистой утилизации апробирована специальная установка по сжиганию мусора. Недавно при поддержке Фонда ЖКХ заключено концессионное соглашение на строительство к концу декабря 2021 года канализационных очистных сооружений стоимостью более 400 млн рублей.
– А первый православный храм в Жатае помогали строить, чтоб вашей душе было уютно? – задаю вопрос убежденному атеисту.
– В конце 1980-х, когда я сдавал сессии в Новосибирском институте инженеров водного транспорта, жил в общежитии. Рядом находилась действующая церковь. Колокольный звон разносился далеко и звучал очень умиротворяюще. В современное, довольное нервное время для каждого нужна отдушина, в которой бы человек мог найти себя, самореализоваться, успокоиться: спорт, стремление в светлое будущее, религия. Хоть я не верю в Бога, но для уважения почитающих Христа посчитал нужным содействовать открытию церкви.
– Почему поставили деревянную, ведь с вашей неуемной энергией осилили бы и каменную?
– В Жатае я познакомился с православным батюшкой. Он в два раза моложе, но разумно говорит: сначала нужно стремиться к обладанию того, что необходимо в первую очередь. Если потребность возрастет, то только тогда можно ставить более глобальную цель. Когда не будут вмещать нынешние пределы молящихся, общество поставит более вместительный храм.
– У вас трое детей и пятеро внуков. Хотите, чтобы правнуки жили и работали в Жатае?
– В Жиганске, где я появился на свет, жители путем референдума приняли решение запретить продажу алкогольных напитков. У нас потребности в таком запрете нет – в населенном пункте созданы все условия для эффективной работы и для трезвой жизни. Поэтому будущее моих правнуков должно быть неразрывно связано с Жатаем.
– Рассказ о вас выйдет в февральском номере нашего журнала, в канун 23 февраля. Что пожелаете нашим читателям – защитникам Отечества и просто представителям сильного пола?
– Быть всегда сильными духом. И приезжать в Жатай.